Я сидел дома и пил пиво. Настроение ни к чёрту. Восемь часов вечера. Через четыре часа мне исполнится двадцать семь. Последние две недели я старался об этом не думать; иногда получалось, чаще - нет. С этим днем рождения у меня последние лет пять творится какое-то скотство.
... Пробуждение, как и всегда, оказалось болезненным из-за острого чувства голода. Прочь отсюда - к свету, воздуху и пище. Резкими взмахами ласт отталкиваюсь от мутной сероводородной водицы, надежно скрывающей мое обиталище. А вот и поверхность.
Лай собак становился всё отчаяннее, постепенно переходя в жалобный вой. Стражник, стоявший на пороге караульного помещения, зябко поёжился, покрепче перехватив алебарду. В часовне сорвался с верхнего гвоздя прибитый к стене крест, перевернувшись книзу.
В этот раз маньяку Феофилу попался трудный мальчик. Мальчик не хотел ничего, откровенно смеялся в лицо Феофилу и не хотел уходить со двора. - У меня игровая приставка там есть... Плейстэйшн. – нудил Феофил - Сходи поиграй, раз есть. В супер-марио. – смеялся мальчик – Не буду я с таким старьем играть.
Девушка приехавшая из Германии, рассказала историю:
Была в гостях. У хозяев маленькая дочь. Почти всю вечеринку дочка проплакала, жаловалась, что боится какой–то чужой девочки, просила эту девочку прогнать. Хотя никакой другой маленькой девочки в квартире быть не могло. Через несколько дней кто–то из гостей заметил, что на одной из снятых в тот день фоток в кадре, действительно, присутствует вторая девочка...